Ребенку необходимо уметь постоять за себя, справиться, например, с нетрезвым хулиганом или вспыльчивым ровесником. Однако не следует делать акцент на занятиях восточными единоборствами – если только вы не потомок Брюса Ли и не планируете воспитывать актера для фильма «Ворон», где его, вероятно, и ликвидируют. Значительную роль здесь могут сыграть принципы, разработанные Полаником для «Бойцовского клуба» – главное, чтобы ребенок, учась защищать себя, научился говорить «стоп». Безусловно, в реальных ситуациях оппоненты не всегда готовы остановиться, дойдя до …
Ребенка регулярно травят одноклассники или дети более старшего возраста. Кто-то заберет игрушку в песочнице и присвоит ее себе, кто-то ударит в детском саду – воспитатель не может контролировать всех, кто-то подставит ногу возле подъезда или оскорбит, назвав «маменькиным сынком», «малявкой» или иным образом… У любых родителей сразу же сжимается сердце оттого, что плохие ребята обидели их любимого сына, и перед ними возникает вопрос: стоит ли учить ребенка драться?
Семьи нередко склоняются к двум противоположным подходам. В одних, либеральных и интеллигентных, родители болезненно реагируют на проявление даже незначительного непослушания. Так, если ребенок, вернувшись из детского сада, использует грубое слово, родители могут испытать заметное смущение. В качестве наказания обычно используются краткие увещевания о том, что «ты уже достаточно взрослый, чтобы понимать, что так поступать (говорить, думать, делать) не следует», или определенные ограничения, например, в виде сокращения карманных денег. Другой подход – когда в семье превозносится физическая сила, и ребенок должен самостоятельно справляться с возникающими проблемами. Ярким примером может служить нашумевший фильм «Возвращение», где отец намеренно провоцирует хулигана, чтобы старший сын смог поединочному отобрать у него деньги. Если же у ребенка это не получается, он воспринимается как не до конца зрелый.
Действительно, очевидно, что ни один из этих методов не гарантирует абсолютную верность. Даже если удастся обустроить в доме что-то вроде идеального места, где ребенок не сможет найти ни одного выступа, чтобы получить ушиб, то судьба не всегда будет к нему благосклонна. Рано или поздно наступит период, когда врожденной гладкости речи и выученной интеллигентности может оказаться недостаточно – особенно учитывая, что не обязательно ему придется вступать в конфликт; он может просто упасть, удариться и… потерять авторитет у окружающих из-за простого неспособности распознавать и выражать боль, которая является не только следствием травмы, но и ценным источником информации о том, что именно причиняет дискомфорт, как сильно он ощущается и какую травму это может указывать. Ведь только благодаря опыту анализа собственных ощущений можно легко определить, сломана ли кость, вывихнут ли суставы или растянуты ли связки. А научиться понимать свое тело можно лишь на собственном опыте. Как однажды заметил Макс Фрай в своей книге: «а вдруг завтра ядерный взрыв?» – ребенок должен быть готов пережить свою боль, сохранив свою индивидуальность.
Второй подход
Приучение ребенка с ранних лет к боли, обучение драться без пощады и не проявлять сочувствия к сопернику – такой подход к самообороне для детей не является оптимальным. Прежде всего, чрезмерная жестокость, которая, возможно, пригодится будущему дальнобойщику, может оказаться не лучшим советом в вопросах личных отношений, семейных делах и да и просто в разрешении самых обычных деловых споров. Довольно часто приходится слышать даже от самых высокопоставленных политиков: «Да встретить бы мне его (здесь подразумевается оппонент) в темном переулке, я бы ему показал!». Этим демонстрируется полнейшая беспомощность в аргументированном споре — получается, что дискуссия сводится к обычному сравнению мускулов, как в сообществе гиббонов. Человеческое же общество, на мой взгляд, должно использовать силу в двух случаях — для энергетической разрядки засидевшегося за компьютером организма в спортзале, либо для устранения прямой угрозы жизни или физическому здоровью.
Существуют устоявшиеся способы урегулирования разногласий, почему не прибегать к ним? В качестве дополнительного аргумента против превознесения физической силы стоит также отметить, что у ребенка могут развиться сексуальные расстройства. Безусловно, нельзя утверждать, что садизм – это исключительно негативное явление (иначе сообщество поклонников садизма и мазохизма подвергнет автора критике), но вы уверены, что хотите когда-нибудь столкнуться с тем, как ваше взрослое дитя, в порыве страсти, случайно убило своего супруга? Вы молились Дездемоне перед сном?..
Из всего прозвучавшего можно сделать простой вывод: требуется найти баланс, и это – важная мера безопасности для детей!
Ребенку необходимо уметь постоять за себя, разрешить конфликт хотя бы с нетрезвым хулиганом или вспыльчивым ровесником, но не следует превращать все воспитание в занятия восточными единоборствами – если только вы не потомок Брюса Ли и планируете вырастить актера для съемок фильма «Ворон», где его и ликвидируют. Значительную роль здесь играют принципы, разработанные Полаником для «Бойцовского клуба» – первостепенно, чтобы ребенок, осваивая навыки самообороны, научился говорить «стоп.
В повседневной жизни оппоненты не всегда способны остановиться, достигнув определенного предела, однако важно помнить, что перед нами – ребенок, чьи силы значительно меньше, чем у взрослого, а реакции еще не отработаны до совершенства. Обучение должно строиться на принципе тренировки, а не на проверке на прочность – если ребенок чувствует усталость, теряет силы и замедляет ответы, необходимо прекратить занятие, даже если он пытается продолжать из упрямства, поскольку дети нечасто способны объективно оценить свои возможности. Это же справедливо и для многих взрослых.
Когда восьмилетняя девочка пытается на равных противостоять отцу, который забыл, сколько ему лет, это может привести к весьма неприятным последствиям для обоих. К примеру, отец может получить перелом ребра… и такие случаи, к сожалению, не редкость. Ведь ребенка до этого не учили сдерживаться, и он просто не заметил, что родитель неудачно упал.
Можно, безусловно, записать детей в секцию восточных единоборств или другую спортивную школу. Однако перед этим стоит поговорить с родителями ребят, которые уже там занимаются, или с тренерами в этом районе – необходимо убедиться, что травмы случаются редко. Дело в том, что не каждый наставник адаптирует методики, разработанные для японских бойцов (для которых максимальный возраст для поступления в школу – один год), для городских детей, которые с рождения страдают от аллергий, сколиоза, анемии, близорукости и чрезмерной опеки родителей. Те, по всей видимости, были уверены, что если до пяти лет ребенка выпустить на солнце, то он, как в лучших вампирских фильмах, тут же сгорит.
Когда все восхищаются тренером, а детей не заставят проходить жестокие испытания уже на втором занятии, это говорит о том, что лучше доверить обучение специалисту. Ведь отличная физическая подготовка будет полезна любому ученику. Однако не стоит сочетать занятия вольной борьбой с игрой на скрипке – ведь задействованы разные группы мышц, а риск получения травм в спорте неизбежны, поэтому рано или поздно ребенок либо завалит концерт, либо соревнования, а это не пойдет ему на пользу. Да и потом, нелегко представить, как будет выглядеть какой-нибудь Арнольд Шварцнеггер со скрипкой в руках.
Итак, вывод достаточно прост:
Умение защищать себя может значительно упростить взаимодействие с окружающими, однако самооборона для детей не должна превращаться в постоянный страх и доминировать над всеми остальными аспектами их жизни. Наивысшей целью для каждого родителя должно стать обеспечение гармоничного развития как физических, так и умственных способностей ребенка.
