Садху-фокусник жестами приглашает всех желающих проникнуть в лес для участия в «таинстве». По пути к месту проведения необходимо проявлять осторожность, поскольку тропинка изобилует отходами жизнедеятельности. И находиться долго на мини-полянке, предназначенной для выступлений, также некомфортно. Раньше садху демонстрировал свое мастерство прямо здесь, на каменной лестнице, но в настоящее время, из соображений морали, ему поручено выступать в чаще. Фокус называется «подъем камней на члене». Сделав театральную паузу и привлекая внимание публики, обладатель необыкновенного пениса …
Жизнь заключается в путешествиях, открытиях и познании нового.
Чтобы охватить весь мир, необходимо время, ведь даже с высочайшей точки планеты, Эвереста, его невозможно увидеть целиком .
Тенцинг Норгей, шерп, 29 мая 1953 г.
первым вместе с Эдмундом Хиллари взошел на Эверест
Один день в пути, вызванный действиями Бен Ладена
Казалось бы, что международный терроризм может иметь какое-либо отношение к нашим личным планам. Однако, как показывает практика, влияние событий мирового масштаба может быть весьма ощутимым. И в этом есть доля правды: мир действительно становится все более взаимозависимым. В частности, из-за военной операции в Афганистане были скорректированы маршруты полетов.
Учитывая, что место проведения запланированной операции находилось недалеко от цели нашей поездки, я размышлял: «Итак, мы посетили Непал… Прощайте мечты… полугодовая подготовка — приятный бонус для семейства кошачьих».
Но судьба распорядилась иначе. 20 октября 2002 года нам всё же удалось оказаться, по дороге в Непал, в Дели. Причина тому заключалась в отсутствии возможности вылететь прямым рейсом. Билеты были распроданы заранее, поскольку сезон в Непале приходится на благоприятное время года. Рейсы «Москва — Катманду», выполняемые авиакомпанией «Аэрофлот», пользуются большим спросом и раскупаются задолго до вылета. Многие европейцы предпочитают перелеты в Непал через Москву, вероятно, из-за более выгодной стоимости.
Полет до Дели займет около семи часов. Сейчас мы находимся в транзитной зоне аэропорта Дели. Чтобы скоротать время в этом ограниченном пространстве, я пытался развлечься, рассматривая сувенирные магазины и наблюдая розовый рассвет сквозь грязное стеклянное окно.
Всё утопает в серой дымке. Необычные птицы, акации и груда мусора на среднем плане сливаются в единое целое. В этом «застеколье» расположена столица великой Индии. Однако туда нам нельзя. Кто же придумал эти нелепые визы? Почему человек чувствует себя таким скованным? Почему я вынужден дремать в кресле, вместо того чтобы увидеть что-то совершенно новое?
Не избежать этого. Понадобится провести здесь девять часов в ожидании. За это время можно было бы долететь обратно в Москву!
Не стоит спешить. Необходимо замедлить темп и изменить ритм. Мы находимся в Азии. Я ощущаю незнакомые ароматы: пряности, чай и нечто еще. В мраморную стену встроена миниатюрная раковина с надписью «Питьевая вода». Никакого желания утолить жажду этой живительной влагой не возникает. В голове прочно укоренился стереотип: здесь повсюду опасность. А вдруг вода и безопасна? Проверять это не будем.
Местный туалет оборудован кабинами, предназначенными для европейцев и индийцев. Что ж, давайте заглянем в обе, чтобы сравнить. Начнем с индийской. Это практически родной армейский туалет: простейшая яма в полу, два металлических выступа для ног по обеим сторонам, и кран, расположенный прямо на полу. По всей видимости, индийцы не используют туалетную бумагу.
Наблюдаю за сикхами в их традиционных чалмах. Последователи этой религии в Индии не стригут волосы. Их бороды также закручены в жгуты и тщательно подвернуты под края сложного головного убора.
Здесь царит полная неразбериха, и все происходит будто бы по некоему непостижимому алгоритму. Объявления в аэропорту произносятся едва слышно. Кто сможет их разобрать? Вполне реально пропустить все рейсы. Телевизор, расположенный в другом конце зала, звучит громче. Оказалось, что все спланировано. Объявления сделаны тихими, чтобы люди были заняты: в зале постоянно появлялись сотрудники, объявлявшие номера рейсов, собирающие билеты, осуществляющие контроль, составляющие списки и прочее.
Чувство заброшенности. Необычный шрифт. На каком языке написаны эти надписи? Хинди, урду, бенгали… Невозможно сказать наверняка. Их здесь довольно много.
Нас забыли. Наш багаж навсегда останется здесь и не будет перевезен на следующий рейс в Катманду. К тому же, сотрудники транзитной зоны не обращают на нас никакого внимания.
Вдруг все может сложиться благоприятно. Грузы помещаются на тележку и каким-то образом проносятся на нужный рейс. Невероятно. Хотя, такого грязного рюкзака я не встречал уже долгое время. Появление женщины в красивом сари оживило стойку регистрации.
Везде действуют усиленные меры безопасности. Люди в форме активно перемещаются, и начинают работать устройства для проверки пассажиров перед вылетом. Начинается новый день.
Неожиданно я услышал знакомый акцент. Это были швейцарцы. Пожилая женщина несла сумку с эмблемой «Ориент-Экспресса». Когда-то я работал в туристической компании, которая отреставрировала и начала эксплуатацию этого всемирно известного поезда, упомянутого Агатой Кристи в романе «Убийство в Восточном экспрессе». Это прекрасная возможность познакомиться!
Очевидно, женщина проявляет большой интерес к благотворительной деятельности. Она и ее супруг регулярно посещают Непал, чтобы увидеть девочку-сироту. Швейцарская пара обеспечивает финансирование ее образования. Это достойный поступок.
Она увлекательно рассказывает о Непале. Однако, как утверждает она, к местным религиозным обрядам она до сих пор не смогла адаптироваться.
Поразмыслив с дамой, я прервал жизнь крупного рыжего таракана. Насекомое уже давно находилось в поле моего внимания, еще когда я выходил из-под лавки напротив. Но как только оно направилось к моему рюкзаку и оказалось в зоне досягаемости кроссовки, немедленная расплата не заставила себя ждать. Зачем я это сделал? Наверное, убийство на пути в Тибет – сердце буддизма – это неправильно? Но мной руководила повышенная нервозность, инстинкт самосохранения в незнакомой обстановке. К тому же, он явно проявлял интерес к моей собственности.
Стараясь найти объяснения своим действиям, я погрузился в беспокойный сон. До вылета на рейсе королевских авиалиний Непала оставалось немного больше двух часов.
Первые часы в Катманду
Приходится снова корректировать время. Местное время отличается от индийского на 15 минут. Это создаёт ощущение, будто кто-то намеренно хотел показать: мы не являемся Индией, мы нечто отличное.
Перед нами происходит яркая встреча. Слегка растерянные путешественники сталкиваются с бурлящей массой местных жителей, представителей отелей и других сопровождающих, чья помощь не всегда оказывается полезной, вплоть до попрошайничества, а также с детьми. Их окружают гирлянды цветов, и они практически принудительно предлагают невостребованные услуги: поднести чемодан, помочь с рюкзаком, вручить брошюру об отеле, надеть на шею ожерелье из цветов или приветственный шарф. За каждый чемодан хватаются трое, а небольшую тележку с багажом тянут пятеро.
— Намасте (здравствуйте)! Откуда вы прибыли? Главное — начать разговор, а затем будет легче получить деньги у недавно прибывших…
Попав в автобус, мы не почувствовали себя защищенными. В салоне вскоре собрались люди, вызывавшие подозрения. Это как если бы незваного гостя просили уйти, а он пытался проникнуть через окно.
Мальчишка, проявляя настойчивость, сравнимую с трудами Сизифа, старался открыть окно автобуса изнутри, чтобы раздать какие-то листовки. Я закрывал окно. Он снова открывал его, когда я отворачивался, чтобы не допустить того, как он попытается надеть на меня душистое ожерелье из крупных желтых цветов. Затем я снова сосредотачивался на окне и закрывал его. Но оно снова открывалось, как только я переводил взгляд на заднюю часть автобуса, где были сложены наши рюкзаки. В этот момент кто-то проворно надел на меня белый шарф.
«Противостояние» длилось до тех пор, пока автобус не начал движение, сопровождаемое недовольным гулом собравшихся «встречающих». Оплата была произведена, однако её размер оказался недостаточным. И желания получить больше денег никогда не бывает достаточно.
Едем. Гольф-поля, расположенные вблизи аэропорта, граничат с пастбищами, где пасутся коровы, вдоль дороги, практически не имеющей разметки. Это весьма своеобразно. Здания вдоль дороги, грязные и небрежно отделанные, создают ощущение беспорядка и антисанитарии. К тому же, движение осуществляется левостороннее – это отголосок многолетних связей с Великобританией.
Чтобы усугубить пережитые рюкзаки во время путешествия, один из сотрудников гостиницы нанес на них мелом номера комнат, что привело к тому, что новенькие вещи стали выглядеть очень грязными и запыленными. Это лишь подчеркнуло их потрепанный вид».
Добро пожаловать в Непал!
В этой стране находится Индия, и местные жители часто передвигаются без одежды, при этом их головы остаются открытыми,
а груди голы, а волосы в одну косу заплетены, все ходят брюхаты,
а дети родятся каждый год, а детей у них много.
Афанасий Никитин, «Хожение за три моря»
Путник, расслабься, здесь все по-другому…
Первый выход на улицу. Район Тамел. Проявляем осторожность. Постоянно возникает желание помыть руки и избегать прикосновений к предметам.
Как себя вести в этом месте? Мы изучаем основополагающее правило. Это совершенно иной мир. Не стоит пытаться изменить его в соответствии со своими представлениями. Необходимо успокоиться и принимать окружающую обстановку в том виде, в котором она предстает. В противном случае это может привести к нервному срыву.
Отсутствие горячей воды в гостинице категории четыре звезды – не критично. Она появится. Горячая вода будет предоставлена, но не сразу, а через некоторое время. Не стоит преувеличивать значение этой ситуации. К тому же, местная вода, мягко говоря, не отличается высоким качеством и способна вызвать расстройство желудка. После долгой дороги мы пользовались питьевой водой из пластиковых бутылок для чистки зубов.
Туристический район Тамел кардинально отличается от других частей города. Окруженные буйством красок, мы с любопытством осматриваем все вокруг. Вдыхаем незнакомые ароматы. Постоялые дворы, рестораны, туристические агентства и множество лавок… Здесь легко потеряться. Я всегда полагал, что умею ориентироваться. Но здесь я уже не чувствую уверенности. Отсутствуют номера домов и названия улиц. Нет никакой системы. Полная неразбериха. Повернувшись несколько раз, пытаясь уклониться от проезжающей мимо велорикши, оценивая в руке бронзовую статуэтку Будды и отбиваясь от настойчивого продавца тибетских колокольчиков, ты понимаешь… что уже не помнишь, откуда пришел и куда направляешься.
Магазины очень похожи друг на друга. Улицы узкие и петляющие, причём они ещё и разветвляются и сужаются.
Мы обмениваем валюту неофициально. Курс обмена в ковровой лавке значительно выше, чем в стандартных обменных пунктах. Во время этого процесса нам также удается рассмотреть несколько ковров.
Яркую панораму нового мира завершают садху – бродячие аскеты. Они оставили мирскую жизнь, стремясь к духовному очищению, и нередко используют пепел погребальных костров или коровьего навоза для своих ритуалов.
Садху не представляют опасности. Они одеты ярко, с невозмутимыми улыбками, но при этом настойчиво стремятся коснуться вашего лба «тику» – красной точкой между бровями. Что это за цветная пудра, которой покрыты их руки? Поверхностный взгляд ошеломления позволяет им легко замечать вновь прибывших. Необходимо умело избегать этой «благодати».
Здесь потрясающе вкусная еда.
Вечер на открытой террасе известного бара Rum Doodle. Над головой – звездное небо, усыпанное точками света. Октябрь, и тепло, позволяющее обойтись футболками и шортами после московской холодной одежды. Это заведение обладает уникальной историей. Весь бар – потолок, стены, лестница – заполнен картонными отпечатками стоп йети, снежного человека. На них можно увидеть надписи и рисунки – свидетельства самых разных экспедиций. Те, кто достиг успеха, преодолел трудности, прошли, проехали, проплыли или взобрались на вершину, оставили свой след здесь. Анализируя эти «культурные наслоения», можно реконструировать всю историю «завоевания» этих земель амбициозными путешественниками со всего мира. Нет границ человеческому тщеславию. Оставить свой след в баре после успешного спортивного достижения стало традицией.
За стойкой, на стене, располагаются два ценных фанерных стенда, усеянные автографами покорителей Эвереста. Здесь можно увидеть фотографии Эдмунда Хиллари, представителей королевской семьи Непала и крупный портрет Тенцинга Норгея. Имя этого человека стало легендарным для многих азиатов. Он вместе с сэром Хиллари достиг вершины нашей планеты 29 марта 1953 года. В своей книге «Тигр снегов» Норгей наконец-то прояснил вопрос, который долгое время беспокоил всех: «Кто же первым оказался на вершине? Чья нога, рука или другая часть тела коснулась высочайшей точки Земли?» До этого момента оба участника восхождения хранили эту тайну, договариваясь о том, что достигли вершины одновременно.
Норгей оказался вторым… Это открытие вызвало у меня глубокое уважение к нему. Полагаю, так и должно быть. Неприлично толкаться локтями у самой вершины, думая лишь о том, чтобы быть первым… Особенно впечатлила его история о том, что в те минуты на Джомолунгме он спрятал в снег обломок обычного карандаша – талисман, который он получил перед восхождением от дочери.
Этот ром обладает приятным вкусом. В целом, это прекрасный вечер. Всё только начинается…
Зачем люди едут в Непал?
Эта небольшая территория, на карте имеющая форму, напоминающую отпечаток стопы, расположена между крупными государствами Азии – Китаем и Индией. Ландшафт Непала можно сравнить с трибунами спортивного стадиона. Расстояние от юга до севера по территории Непала составляет около 150 километров. Причем, вся эта область постепенно нарастает в высоту, один уровень за другим. Плодородные равнины Индии соответствуют футбольному полю и беговым дорожкам, а Большой Гималайский хребет, расположенный выше, соседствует с бескрайней горной пустыней – Тибетским плато.
На юге простираются джунгли, а на севере царят вечные льды… Холмистая местность и долины, стремительные реки и заснеженные вершины высочайших гор…
Альпинисты выбирают это место для восхождений. Как можно пропустить страну, на территории которой расположено 9 из 14 самых высоких гор мира («восьмитысячников»)? Люди приезжают сюда в погоне за достижениями, стремясь подняться выше, быстрее и необычнее остальных, с использованием кислорода или без него, сплавиться на катамаране с «восьмитысячника», доказать что-то себе и другим. Все ограничивается лишь вашей фантазией. Вариантов очень много.
Впрочем, сегодня не обязательно быть Рейнхольдом Месснером, чтобы ступить на снег и спрятать огрызок карандаша в точке земной поверхности, наиболее близкой к Солнцу. За несколько десятков тысяч долларов вас поднимут на любую из восьмитысячников по заказу.
Для большинства посетителей эти цели выглядят слишком амбициозными. Здесь предлагается отличный треккинг, или, в нашем понимании, пеший туризм. Те, кто не стремится доказать что-либо себе, путешествуют с фотоаппаратом и рюкзаком по долинам и небольшим возвышенностям, наслаждаясь видами. Некоторые, стремясь испытать себя, продолжают восхождение, желая достичь базового лагеря Эвереста или совершить обход горы Аннапурны.
Непал славится своими реками, как с быстрым течением, так и спокойными. Они подойдут как опытным рафтерам, так и тем, кто впервые решился на сплав.
Посетители приезжают в это место, чтобы созерцать окружающую среду, и их ожидания оправдываются.
Непал обладает уникальной культурой. Благодаря длительной исторической изоляции страна смогла сохранить неповторимые города, храмы и традиции. Именно здесь родился Будда, и при этом Непал является единственным государством в мире, где индуизм является доминирующей религией. Здесь переплетаются тибето-бирманские и индоарийские влияния.
Катманду
Незнакомые птичьи крики разбудили нас с утра. Путешественник, отложи подушку. Новые впечатления уже ждут тебя.
Сваямбхунатх – первое, что бросается в глаза. Это буддийский храм, а точнее, целый комплекс строений. На вершине холма, окруженного невысокой каменной стеной, расположены наиболее значимые сооружения. В стене имеются ниши с вращающимися молитвенными барабанами, которые необходимо крутить, молясь.
ОМ МА НИ ПАД МЕ ХУМ… Этот волшебный звук буддийской мантры наполняет пространство… О, ДРАГОЦЕННОСТЬ В ЦВЕТКЕ ЛОТОСА…
В санскрите существует шесть слогов, содержащих в себе целую вселенную и глубокую философию.
Взгляни в глаза Будде. Они расположены там, наверху. На белой стене ступы. Поднимайся по крутым каменным ступеням.
Эти приятные раздумья прерываются лишь множеством обезьян. Холм полностью усыпан ими. Они непринужденно передвигаются среди людей, вступают в стычки и спускаются по гладкой бетонной ограде, как по горке.
В центре композиции расположена большая ступа, напоминающая мачту, от которой во все стороны расходятся веревки с разноцветными флажками. За ней открывается живописный фон: голубое небо, украшенное небольшими облаками. Мы обходим по часовой стрелке – это наиболее подходящий способ. Ветер, кажется, улавливает молитвы, нанесенные на флажки: зеленые, белые, желтые, синие, красные.
Часто можно услышать противоречивые сведения о символике ступы. В ней отражены образы Земли, Луны, Солнца, Вселенной, Бога, 13 степеней просветления и нирвана, расположенная на вершине. Пять геометрических фигур выстроены одна над другой: куб олицетворяет Землю, шар – воду, треугольник – огонь, полушарие – воздух, сваямбху – эфир (именно отсюда происходит название!). Цвета флажков также наделены схожей символикой. Кто может сказать наверняка? Возможно, так и было задумано изначально. Оценивать это непросто, поскольку я недостаточно компетентен в этих вопросах.
Непал представляет собой уникальное сочетание религиозных верований. В этой стране религии тесно переплетены друг с другом. В связи с этим, на вопрос о том, являетесь ли вы буддистом или индуистом, не всегда можно получить однозначный ответ. Культы и традиции двух религий взаимно проникают и объединяются.
Фигуры Будды покрыты красной пудрой, что характерно для индуистской традиции. Индуисты составляют подавляющее большинство населения. В их храмы вход закрыт для представителей других вероисповеданий. Существует множество ограничений: запрещено посещение в обуви и с ремнями, поскольку кожа считается материалом, полученным от убитых животных. Индуистом можно стать только по праву рождения. В Непале существует система каст, включающая четыре основные и множество подкаст. Присутствуют неприкасаемые. В целом ситуация схожа с Индией, однако менее строгая и менее зафиксированная. Буддизм исповедуют преимущественно этнические группы, проживающие в высокогорных районах.
В буддийских храмах царит более снисходительная атмосфера, они доступны для всех желающих. Сейчас мы можем войти и увидеть два ряда мужчин разных возрастов, сидящих напротив друг друга и перелистывающих таблички с молитвами. Слышно ровное гудение тихих голосов. Мальчики в бордовых накидках пробираются в зал, сбрасывая на ходу «вьетнамки».
С холма открывается панорама на Катманду и долину. По преданиям, в древности долина Катманду представляла собой большое озеро, а этот холм был островом. Точная дата начала строительства первых зданий неизвестна, однако, предположительно, это произошло около V века нашей эры. Существуют данные о том, что знаменитый царь Ашока посетил этот холм примерно 2000 лет назад.
По дороге в Непал и мы снова в Катманду. Улицы переполнены торговцами. Кругом очень мало европейских лиц, товары повсюду, они лежат на земле, проплывают мимо на головах, проезжают на велосипедах и повозках: курицы в плетеных корзинках, свежие овощи и фрукты, горки пряностей, медные горшки, сушеная рыба, видом напоминающая шпроты.
Нас преследует торговец дудочками. В его руках – необычная конструкция, напоминающая «елку вверх ногами»: трубка, в которой множество отверстий, заполненных дудочками.
На улице женщины сушат желтоватый рис, расстилая его на больших циновках и подбрасывая лопатами.
Непосредственно перед входом в небольшой храм, расположенный в одном из многочисленных внутренних двориков, мастера заточки орудуют ножами и ножницами. Искры летят на босые ступни, приводящие в движение конструкцию, похожую на велосипед.
Общественные места для стирки. Женщины, одетые в яркие сари, моют детей и себя, стирают белье и набирают воду. В домах отсутствуют удобства, кроме электричества – нет ни водопровода, ни системы отопления. Местные женщины отличаются привлекательной внешностью. Выразительные глаза на загорелой коже. На лбу можно увидеть красную точку – «тику», являющуюся знаком благословения, полученным от старших членов семьи.
Определить их семейное положение не составляет труда. Вся нужная информация, кажется, прямо демонстрируется. Проверять документы не требуется, гораздо легче обратить внимание на аккуратно расчесанные волосы. Красная точка в проборе указывает на то, что женщина замужем.
Сари отличаются широчайшим разнообразием цветов и оттенков. Если женщина выбирает сари красного цвета, это свидетельствует о её счастье. Вдова не имеет права носить сари красного цвета.
Вот и центр города. Площадь Дурбар поражает обилием буддийских и индуистских храмов, а также старинным королевским дворцом. Мы стараемся пробиться сквозь толпу паломников и торговцев. Подходы к храмам загромождены сувенирами, корзинами с фруктами и отдыхающими собаками. У индуистских мини-алтарей, расположенных повсюду, можно увидеть горки риса, цветы в тарелках, сделанных из зеленых листьев, и разноцветную пудру.
Кажется, что возле каждой достопримечательности мгновенно появляется незваный гид, стремящийся поделиться сведениями, разумеется, за плату. Даже если вы сообщаете о наличии собственного гида, это не всегда воспринимается с пониманием.
Обычно для закрепления каждой фразы требуется многократное повторение:
— Благодарю, друг мой, даньябат (спасибо), thank you…
Этот калейдоскоп красок и звуков приковывает внимание. Двери, украшенные великолепной резьбой, частично скрывают вид на монументальную статую сидящего Будды. Развешанное белье заслоняет каменные «кружева», заборчики, украшенные гирляндами из желтых и красных цветочных головок. Под ногами – лужицы мыльной пены (видимо, кто-то вылил воду после стирки). Мальчишки предлагают уток и петухов для жертвоприношения, которые безвольно повили головами.
Звуки автомобильных и мотоциклетных сирен, разносящиеся повсюду. Непонятно, как им удается передвигаться здесь среди пешеходов, ведь в центре города практически нет тротуаров. Парадоксально, но водители не проявляют раздражения, даже если ты, подняв голову, чтобы полюбоваться воздушными змеями, запускаемыми мальчишками с близлежащей крыши, неожиданно загораживаешь дорогу. В этом случае тебе будут терпеливо сигналить и стараться объехать.
Среди множества транспортных средств взгляд невольно привлекает «тук-тук». Это весьма необычное средство передвижения – электромотороллер с прикрепленным кузовом, напоминающим кунг, в который помещается несколько человек. Невероятно, но это полноценный общественный транспорт. Он останавливается, если успеть постучать по кузову, пока он проезжает мимо. Поэтому и «тук-тук «.
Нас несет толпа к корове с пятью ногами. Такое необычное явление, очевидно, придает ей сакральность. Возле животного, покрытого красной пудрой, заметны груды помятых банкнот. Мы уверенно проходим мимо местного стадиона – просторной зеленой территории, где Его Величество наблюдает военные парады. Вот наглядный пример слияния индуизма и буддизма – живая богиня Кумари Деви. Это девочка, представительница буддийской семьи, являющаяся живым воплощением индуистской богини Кали.
Распространено множество преданий, объясняющих происхождение этого обычая. Однажды правитель долины Катманду совершил аморальный поступок с несовершеннолетней девочкой, что привело к ее смерти. Мучимый раскаянием, король издал указ, согласно которому из девушек королевства должна выбираться одна и оказывать ей почести, как божеству.
Согласно другой легенде, древний правитель увлекался игрой в кости с богиней, защитницей долины. В один из случаев богиня потерпела крупное поражение и, в гневе, заявила о намерении отказать долине и королевству в своей защите. О том, какие действия предпринял король, предание не сообщает. Возможно, он сумел вернуть выигрыш? Известно лишь, что богиня изменила свое решение и пообещала посещать долину, принимая облик маленькой девочки.
Существует и еще одна, не менее правдивая версия событий. Однажды богиня Дурга (она же Кали, она же Парвати, супруга бога Шивы) захватила маленькую девочку, жительницу местного королевства, и изгнала ее из долины. После этого девочка оказалась в самом центре политических распрей. Узнав о такой несправедливости, королева, в ярости, потребовала от мужа во что бы то ни стало вернуть девочку и считать ее живой богиней. Истинные обстоятельства произошедшего давно забыты, но ритуал продолжается до сих пор. Проводится соревнование для девочек в возрасте от четырех лет до наступления половой зрелости из семей особой касты, придерживающихся буддизма, а также золотых и серебряных дел мастеров (народность невари). Сначала отбираются кандидатки, соответствующие 32 критериям: цвет глаз, форма зубов, тембр голоса и тому подобное. Допущенные к финальному этапу подвергаются различным испытаниям, таким как танцы с устрашающими масками, ритуальные жертвоприношения животных, происходящие у них на глазах – реинкарнация кровожадной богини Кали не должна вызывать смущение при виде крови. Попытка заплакать или испугаться приведет к исключению из числа претенденток. И в заключение (подобно выборам очередного Далай-ламы) девочка должна выбрать из предложенных ей предметов одежду и украшения, принадлежавшие ее предшественнице. Радостные родственники (ведь это выгодный бизнес – к богине не принято приходить без даров) сопровождают новую Кумари Деви во дворец. Раз в год в ее честь устраивается масштабный праздник с роскошными шествиями. Даже сам король посещает Кумари, чтобы получить тику на лоб маленьким пальцем.
Кумари обеспечивает себя и свой род на всю жизнь, после чего прекращает считаться богиней, что происходит после первой менструации или иной существенной потери крови. Затем выбирают новую Кумари Деви. Поскольку она проживает в уединении, даже в случае непредвиденных обстоятельств — родственники никогда не допустят, чтобы порез или иная травма стали достоянием гласности. Прежняя Кумари становится простой смертной и, как говорят, приносит сплошные несчастья, если на ней жениться.
Нам хотелось увидеть именно такую девочку. Кумари появляется на публике лишь 13 раз в год, в период Индра Джатры и во время других значимых религиозных торжеств. Однако каждый желающий может увидеть ее, посетив дворик, сделав пожертвование и громко произнеся на непали «О, касто гаджаб!» («О, моя богиня!»).
К сожалению, удача не всегда сопутствует. Прислуга учтиво сообщила, что Кумари Деви в данный момент занята аудиенцией. Предлагается нанести визит в другой раз. Будем рады вас видеть…
Мы так и не увидели живую богиню в окне второго этажа, которое было украшено изящной каменной резьбой.
После небольшого отдыха во внутреннем дворике мы продолжили наше путешествие в поисках новых ощущений. И действительно, вокруг было множество интересного. Я сделал несколько снимков садху (за небольшую плату, разумеется). Удивительные, немигающие глаза. Похоже, они предпочитают курить «травку» для достижения состояния измененного сознания. Или как они это называют? Возможно, это способ гипноза?
У заклинателей змей наблюдалось некоторое волнение. Все было организовано по правилам: человек в чалме, змея в корзинке. Как мне показалось, это больше соответствовало общей атмосфере, чем было направлено на воздействие на пресмыкающееся. «Заклинатель» что-то коротко прошептал змее, но она никак не отреагировала. Чтобы ускорить процесс и избежать разочарования собравшихся, заклинатель обыденным жестом ударил кобру по голове крышкой плетеной корзинки, в которой она спокойно спала. Змея мгновенно приняла агрессивную стойку. Посчитав, что на этом представление можно считать оконченным, заклинатель оглядел зрителей, чтобы узнать, «а заплатить?», и полностью потерял контроль над коброй, неспокойно покачивавшейся в паре метров от публики. Хотя опасаться тут было нечего. Ядовитые зубы у нее наверняка удалены.
Совершенствуем навыки взаимодействия с местными продавцами в городе Патан, расположенном неподалеку, на другом берегу реки Багмати. Стоит отметить, что все реки в этом регионе считаются священными, и Багмати не является исключением.
Даже спокойная прогулка по городу не позволит вам остаться в стороне от представления под названием «Купи!
— Нет, мне не надо!
— Ну, купи! Ведь это недорого!». Едва ваш взгляд задерживается на каком-либо предмете чуть больше секунды, как в голове у продавца срабатывает сигнал – «заинтересовался!». Если же вы возьмете что-нибудь в руки, то отдать обратно будет практически невозможно. С поразительным упорством эти, в сущности, приятные люди предлагали нам миниатюрные шахматы (якобы изготовленные из самых ценных пород дерева), свирели, ножи и прочие товары. Демонстрация качества породы дерева сопровождается нарочито театральным занюхиванием шахматной фигуры и закатыванием глаз в наигранном восторге. Сандал, не меньше. Умение вырваться из их навязчивости с минимальными финансовыми потерями приходит не сразу. В итоге мы становимся владельцами вещей, которые, как нам кажется, необходимы каждому. Например, тибетской «поющей» чаши из меди с деревянным пестиком.
Патан – это город, где живут мастера своего дела. Начинаем знакомство с мастерских, где слышны звуки пиления, ковки, пайки, сварки, шлифовки и отначивания. Ремесленники внимательно работают над полыми статуями Будд и Шивы. Интересно прогуляться среди множества различных изделий, узнавая все больше о сложном индуистском пантеоне и символике священных буддийских предметов. На стене – большое блюдо с изображением «ОМ» – символа единства трех главных индуистских богов: Брахмы, Шивы и Вишну.
В Патане можно встретить множество садху. Один из них умело устанавливает священную тику на лоб туристки, отвлекшейся на перемотку фотопленки. Тонкая рука настойчиво указывает ладонью вверх, сигнализируя о необходимости оплаты. Женщина, очевидно, потрясена этим неожиданным прикосновением:
— Что же делать? Где тут умыться?
День подходит к концу…
Еда
Здесь доступно множество блюд различных национальных кухонь. Туристам предлагают даже говядину. Но откуда берется это мясо? Ведь конституция Непала запрещает убой коров на его территории (за это предусмотрено 20 лет тюремного заключения). Оказывается, говядину импортируют из соседней Индии, где коров режут мусульмане. Аллах не запрещает убивать этих священных животных. Чаще всего предпочитали тайскую кухню. Единственная сложность – это необходимость объяснять персоналу, принимающему заказ, что еда не должна быть настолько острой, что вызывает жажду или требует запивания целой булкой хлеба. Встречаясь взглядом с официантом после дегустации, невольно начинаешь немой диалог:
— Ну я же просил…
— Разве это ощущается как острота? Похоже, лишь слегка…
Здесь готовят таким образом. Я никогда не считал себя поклонником острой пищи. Раньше я думал, что мне не по силам есть такое. Но я смог. Через пару дней привыкаешь и начинаешь находить удовольствие в самых острых супах, курице с рисом и жареных овощах с грибами. Похоже, место располагает к этому. Здесь необходимо есть острую пищу. Так безопаснее.
Над Гималаями забрезжил рассвет, а внизу начинался праздник, посвящённый богине Кали
В 3:40 утра мы уже встали. Направляемся в Нагаркот, расположенный в 30 километрах к востоку от Катманду. Путеводители описывают это место как место с захватывающими видами на долину Катманду и Большой Гималайский хребет, включая Даулагири, Эверест и Канченджангу. Мы собираемся это проверить. В полной темноте покидаем город. Водитель микроавтобуса ориентируется по знакомым только ему ориентирам, поскольку каких-либо указателей нет, и охотно поддерживает разговор. Проезжаем мимо Шакатпура, где выращивают рис для королевской семьи.
— Наш водитель утверждает, что рис, производимый в Непале, – лучший, и добавляет, что он превосходит индийский.
Мы принимаем это на веру. В ходе дальнейшего обсуждения становится ясно, что потребности региона не могут быть удовлетворены за счет местного производства. Рис закупают в соседней Индии.
Извилистая дорога заканчивается на вершине холма. Просыпаются первые птицы, и в абсолютной тишине мы пытаемся различить смутно видимый очерк Гималаев. Где-то там едва заметно розовеет. Затем это становится все интенсивнее. И внезапно из долины начинает стремительно подниматься волна тумана, белого как молоко. Она приближается все ближе, скрывая рисовые террасы на среднем плане и через несколько минут окутывает весь холм.
К сожалению, рассвет, с его красным диском, поднимающимся над вершинами гор, нам не предстоит увидеть. Однако это не портит радости от нового дня и свежего воздуха.
Спутники, пережившие неудачную встречу на рассвете, – пара последователей кришны из Америки. Они одеты в одежду, напоминающую простыни, на головах шерстяные шапки, а в рукаве, выглядывающем из-под одежды, лишь один палец. Их образ завершает дружелюбное выражение лица с нарисованными белыми полосками, идущими от переносицы вверх к лбу.
Начинаем день в уютном месте, расположенном на близлежащем холме. Под карнизом висят кашпо с местными орхидеями – Coelogyna cristata. За завтраком принимаем решение посетить храм Дакшинкали, который посвящен одной из наиболее почитаемых индуистами богинь – супруге Шивы, богине Кали. Водитель сообщает, что нам выпала редкая возможность. Сегодня – день, когда сотни паломников направятся в Дакшинкали, чтобы совершить жертвоприношения животных. Это главный ежегодный праздник, посвященный богине Кали.
Кто такая Кали? Образ этой неприветливой женщины нам уже не раз приходилось видеть в Катманду. У нее темное лицо, на шее ожерелье из человеческих черепов, на поясе – отрубленные руки и ноги, глаза горят, язык высунут наружу, в многочисленных руках – мечи и отрубленные головы. Помимо этого, она топчется на трупе. Кали олицетворяет смерть, зло и магию. Все эти устрашающие детали образа наполнены глубокой символикой, имеющей совершенно невинный характер. Так, отрубленные головы символизируют уничтоженные пороки, а руки – прекращенные кармические действия (можно прочитать об этом, но понять не всегда).
Храм возвышается на небольшом холме, окруженном лесом. Несколько зданий расположены на склонах холма у реки, которая больше похожа на крупный ручей. Большое количество людей, приносящих разнообразные подношения богине, подтверждает, что водитель не сбил нас с пути. Мы присоединяемся к общей массе. В бесконечную очередь к главному алтарю, извивающуюся по мостикам и переулкам, не становимся. Берега не самой чистой реки усыпаны местами для кремации. Индуистская музыка сочетается с яркими сари и дымом костров. Матери опускают детей в воду и сами умываются. Яркие плакаты с непонятными лозунгами и всеобщая оживленность. Женщины держат в руках тарелки из листьев с рисом и цветами, а у мужчин – козлы на веревках и петухи, перевернутые вверх ногами.
Мы приближаемся к алтарю. Проникнуть внутрь невозможно, но все равно хорошо видно. Сам храм представляет собой небольшую площадку с кафельным полом, окруженную оградой с колоколами. На металлической ограде развешены связки желтых и красных цветов. Основное действие происходит у алтаря – совершается ритуал с использованием ножа, сопровождаемый разбрызгиванием жидкости во все стороны. Кровь попадает повсюду, метя алтарь. Пол покрыт густой, подсыхающей кровью, цветами, пудрой и рисом. По нему ступают босиком, в штанах, подвернутых до колен.
Несколько минут мы выдержим, чтобы отойти и передохнуть. Нужно вдохнуть свежего воздуха и выдохнуть этот запах, напоминающий о смерти. Садху, сидящие в позе лотоса, тянут за рукава и предлагают предсказать будущее, радужное и счастливое, при этом засовывая за ухо щепотки цветочных лепестков. Такая откровенная просьба о деньгах, на наш взгляд, существенно снижает религиозный авторитет этих старцев.
У стены организовали подобие «гардероба» – большой вертикальный шкаф-ящик с многочисленными ячейками, где паломники оставляют свою обувь. Сегодня у всех предстоит съесть много мяса, которое они будут разделять друг с другом. Дым и пар поднимаются в воздух. В нескольких крупных котлах слегка обваривают туши убитых животных. Затем их извлекают на кафельный пол, очищают от шкур и подготавливают к дальнейшей обработке.
Похоже, пришло время уходить, ведь зрелище и его ароматы оказались совсем не привлекательны. Гораздо приятнее погулять по небольшому рынку, рассматривая горы фруктов, названия которых нам ничего не говорят. Мы обнаружим нечто похожее на наши огурцы. А вот еще один очаровательный пример местного подхода к вопросам санитарии и гигиены: восхитительный сушеный сыр, аккуратно разложенный прямо на земле на тряпке. Этот продукт заставляет задуматься: «Интересно, сколько времени сможет продержаться обычный европеец после употребления этого угощения? Один или два дня?»
Возвращение в Катманду прошло под знаком знакомства с повседневной жизнью непальских фермеров. Сразу бросается в глаза, что сельскохозяйственные работы в основном выполняются женщинами. Да, именно они. Женщины ловко переносят корзины, полные плодов, используя налобный ремень. Террасированные поля, покрывающие склоны холмов, усыпаны согнутыми фигурами женщин, которые ворошат рисовую солому, вспахивают землю или умело работают серпом. Возможно, сейчас не время для демонстрации возможностей мужчин? Встретить работающего мужчину удается не сразу. В проезжающих мимо деревнях местные мужчины предпочитают отдыхать на топчанах, курить, задумчиво смотреть вдаль, беседовать или играть в настольные игры прямо во дворе, используя перевернутую металлическую бочку в качестве стола.
Непальские деревни характеризуются крайней бедностью. Непал входит в число самых бедных стран мира. Деревни представляют собой цепочки небольших домов, расположенных вдоль дороги. «Жизненное пространство» ограничивается участком земли перед домом, оштукатуренным красной глиной, которая, как считается, отпугивает насекомых. Именно на этих обочинах разворачиваются обычные деревенские сцены: здесь моют одежду у источников, стирают белье и развешивают кукурузу для сушки.
Извилистая дорога поднимается и спускается по склонам холмов, требуя от водителя мастерства. Мы проезжаем мимо грузовиков и автобусов, украшенных изображениями Шивы и переполненных пассажирами, примостившимися на крыше и в кузове. Попасть внутрь уже невозможно, и, вероятно, выйти на своей остановке тоже не получится. Так что доезжаем до конца маршрута.
Ездить тут надо внимательно.
Водитель поведал нам об уникальных особенностях непальского уголовного законодательства: за случайное убийство коровы, совершённое при вождении, предусмотрено десять лет тюремного заключения, как и за гибель ребёнка или взрослого мужчины. Если жертва — женщина, в связи с этим уголовная ответственность не наступает. Подтвердить эти сведения не представляется возможным из-за невозможности получения доступа к исходным документам.
Террасы, террасы, террасы…По дороге в Непал, сколько труда было вложено в создание этих террас! Легко представить, каких усилий потребовалось, чтобы преобразовать склон в подобие ровной поверхности. Все пригодные для жизни участки земли были отвоеваны у гор и холмов. Однако и природа здесь не исчезла. Всего в ста метрах от бензоколонки обитает стая белых цапель…
Пашупатинатх
Это место, несомненно, заслуживает отдельного повествования. Пашупатинатх – важнейшая индуистская святыня Непала. Сложное для произношения название происходит от имени Пашупати, пастуха и покровителя скота, еще одного, но уже добродушного воплощения великого Шивы. Река Багмати делит на две части всю территорию комплекса и при этом объединяет воедино все эти хаотично расположенные дома, храмы, постоялые дворы, алтари, мосты, ступы, лингамы, гхаты, внутренние дворы.
Чтобы избежать отвлечения на назойливых продавцов сувениров, рекомендуется сразу перейдите через мост и поднимитесь на холм, расположенный на противоположном берегу. Выберите путь, немного смещенный влево, и вы окажетесь на площадке, откуда открывается вид на реку и Золотой Храм с его внушительным трезубцем. А если хотите, лучше всего не спешить и остаться здесь, пока не захочется уйти. Вид, который открывается отсюда, не может оставить равнодушным. Вы наблюдаете за миром с возвышенности. С некоторой дистанцией. И, выбирая случайный элемент из общей картины, рассматриваете его не спеша.
Вот старики, прибывшие, чтобы умереть у святых камней, лежат на матрасах прямо у стен храма. На них никто не обращает внимания. Сын поддерживает за руку мать, помогая ей спуститься по крутым ступенькам к воде для совершения омовения. Женщина выливает пакет молока на лингам, расположенный у самой воды. Служитель храма сметает в речку рис и цветочные лепестки, которыми усыпана плита с лингамом – фаллическим символом Шивы. Кто-то сидит на ступеньках, погрузившись в размышления или молитву. Дети играют у матрасов с умирающими. В комнату на втором этаже занесли тело покойника, обернутое в белый саван. Мальчик торгует кокосовыми дольками, беспрестанно обрызгивая их водой. Отбиваясь палками от атакующих со всех сторон обезьян, двое несут большой ящик с бананами. Внизу на этом берегу ровные ряды ступ с «окнами-дверями» во все четыре стороны. Заглянув внутрь, видишь гладко отполированный » сталагмит » – растущий вверх кругловерхий камень – лингам. Такие камни почитаются здесь. Мини-лингамы в старой части города встречаются практически у каждого дома. Их обсыпают неким красным порошком, и они хорошо заметны на земле. Обезьяны в вечном броуновском движении. Они беспорядочно снуют по обе стороны реки, охотно позируют пару секунд на фоне очередной ступы, а потом прыгают вниз с моста в мелковатую речку, чтобы подхватить проплывающий мимо пластиковый пакет.
Здесь царит удивительная, трудновыразимая словами внутренняя гармония. Чувствуется течение Реки Времени.
Здесь регулярно проводят кремацию. Дым от погребальных костров стал неотъемлемой частью окружающего ландшафта. На гхатах подготовлены две небольшие поленницы, под которыми подложены толстые бамбуковые палки. Поленниц достаточно, чтобы превратить тело в горку пепла, которую впоследствии сбросят в реку Багмати. Затем пепел отправится по течению Ганги и достигнет Индийского океана. Огненные похороны обходятся простым непальцам недешево. Стоимость дров для кремационного костра по местным меркам весьма высока. Тело помещают на поленницу и поджигают, прикрыв сверху тростником.
Установление родства умерших не представляет труда, поскольку они отличаются обритыми головами. Согласно традиции, в течение двенадцати дней они обязаны соблюдать молчание. Недавно здесь провели кремацию короля Бирендры и других представителей королевской семьи. Принц Дипендра, в состоянии гнева из-за неприятия родителями его избранницы, открыл огонь по отцу, матери, братьям и сестрам, а затем покончил с собой. Однако это утверждение считается официальной версией, которой обычно не доверяют.
Дядя убийцы отца, брат умершего короля, носящий схожее имя — Гьянендра, взошел на трон.
Определённый запах не позволяет долго находиться на этом месте. Фотографирование кремации допустимо, хотя это и вызывает вопросы этики. Значительное число западных туристов занимает места на ступеньках на противоположной стороне (напоминая зрителей в театре) и внимательно снимает происходящее на плёнку.
Здесь расположен один из самых интересных аттракционов, который необходим для полного восприятия комплекса Пашупатинатха. В путеводителе он представлен как «необычные йогические упражнения». Мы удовлетворяем ваше любопытство, чтобы вы могли убедиться в безграничных возможностях каждого элемента человеческого тела. Короткая реплика ведущего:
— И вот сейчас этот мужчина, покрытый пылью, продемонстрирует нечто удивительное.
Садху-фокусник жестами приглашает всех желающих отправиться в лес для участия в «таинстве». По дороге к месту проведения необходимо быть внимательными, поскольку тропинка заросла отходами. Оставаться на мини-полянке, которая служит сценой, тоже не очень комфортно. Раньше садху показывал свое искусство непосредственно здесь, на каменной лестнице, но теперь, в силу соображений морали, ему рекомендовано выступать в зарослях.
Этот элемент представления получил название «подъем камней на члене». Сделав театральную паузу и привлекая внимание зрителей, человек с необычным пенисом решительно откинул набедренную повязку. Те, кто ожидал увидеть вздыбленный, внушительных размеров пенис, напоминающий подъемный кран из кожи и плоти, оказались разочарованы. Пенис оказался вполне обычным.
Короткая разминка и — к делу.
На матку, находившуюся в состоянии абсолютного покоя, накинута помятая розовая простыня, завязанная и скрученная в широкий пояс после многолетних тренировок. Человек медленно укладывает друг на друга два тяжелых булыжника. Подсунув под верхний край простыни свой инструмент для добычи пищи и ухватившись за него рукой, мужчина пытается приподнять над землей всю эту шаткую конструкцию. Напряжение растет.
В момент отрыва камни предательски выпадают из полотна. Игнорируя недовольные комментарии зрителей, которые сводятся к фразе «затягиваешь, брат», садху вновь аккуратно располагает груз. И вот, наконец… Великолепно! Вес поднят. На лице спортсмена – отпечаток максимального напряжения физических и моральных сил. Камни подняты от земли примерно на 10 сантиметров. Дамы, как обычно, реагируют по-своему:
— Ой, ой, ну все, хватит, сейчас оторвется…
На лице мужчины читается удовлетворение, когда он получает заслуженную награду.
Прискорбно, что в течение суток всего двадцать четыре часа. Обидно, что человеку необходимо спать. Неприятно, что на свете бывает ночь. Здесь есть возможности для заполнения времени. Однако оно проходит слишком стремительно. В связи с вышесказанным, у нас не выходит полноценно осмотреть известную буддийскую ступу Бодинатх в тибетском квартале Катманду – самую большую ступу в Непале. Событие произошло вечером под пасмурным небом. Кроме того, прошел небольшой дождь, что довольно необычно для этого времени года. А погода оказывает влияние, будь оно благоприятным или нет.
Завтра наш рейс в Тибет. В районе Тамел царит привычная обстановка. Местные парни активно предлагают гашиш и грибы, вызывающие галлюцинации:
— Magic mushrooms, magic mushrooms…
