(начало, продолжение)
Виндзор и Итон
«Дача» Елизаветы находится в получасе езды на поезде, если ехать на запад. Это самый большой из обитаемых замков в Европе. Как и все постройки в этом районе, он был заложен Вильгельмом Завоевателем в XI веке для защиты Лондона. Именно это норманнское завоевание стало поворотным моментом в истории Великобритании. Норманны – это народность, пришедшая с севера Франции, эта группа населения была тесно связана этнически с викингами, однако использовала французский язык для общения. Так, британские монархи на протяжении длительного периода времени, как известно, говорили только на языке Дюма. Даже прозвище знаменитого Ричарда Львиное Сердце является переводом с французского – Coeur de Lion.
Центральным элементом композиции выступает внушительная круглая башня, расположенная на возвышенном холме. Внизу простираются бескрайние поля и река Темза. На протяжении веков это место неоднократно перестраивалось и дополнялось. В результате для детального осмотра всех помещений как снаружи, так и изнутри потребуется несколько часов. Посетителям доступны практически все комнаты, где проживала королевская семья. Примечательно, что здесь не ощущается музейная атмосфера – это дом, в котором живут люди. Даже таблички, направляющие поток экскурсантов, сконструированы таким образом, чтобы их можно было быстро убрать в случае визита Ее Величества. В просторной, залитой светом и воздухом прихожей представлена богатая коллекция старинных доспехов и оружия. В стеклянном шкафу бережно хранится пуля, ставшая роковой причиной смерти лорда Нельсона во время Трафальгарской битвы. Это весьма любопытное зрелище.
Посеребренные волосы дворецких, говорящих на безупречном английском, помогают гостям разобраться в назначении различных залов и помещений: курильной, зала ожидания для иностранных делегаций, приемной и других. Ежегодно здесь устраивают обед членов рыцарского Ордена Подвязки, покровительницей которого является Елизавета II. Роскошь отделки многих залов превосходит все, что можно было увидеть ранее.
Конечно, интересно пообщаться с этими замечательными смотрителями и узнать от них больше информации. Неизбежны и нелепые вопросы, на которые им, вероятно, приходилось отвечать множество раз. Например, почему принц Филипп (муж королевы) не носит титул короля? Как выяснилось, это связано с британской традицией. Муж, вступивший в брак с королевой до (как, например, в случае Елизаветы) или после ее восшествия на трон, не получает автоматического права на титул короля. А вот женщина, выходящая замуж за монарха, титул королевы получает.
Что это за комната? – Здесь посланники ожидают приема. Недавно здесь была дискотека. Дискотека в Виндзорском замке?! В обстановке гобеленов, китайских ваз, старинных полотен и рыцарских доспехов на стенах? Действительно, я правильно понял. Принц Гарри недавно отмечал день рождения, а на юбилей королевы-матери молодежь устраивала вечеринку. Ну, им нужно где-то танцевать! Времена меняются.
В 1992 году на территории произошел масштабный пожар, в результате которого была полностью уничтожена часть дворца. В тот период королевскому двору пришлось сократить свои расходы и открыть свои резиденции для посещения туристами. Даже Виндзор не могли позволить себе реконструировать из-за нехватки средств. В настоящее время следов пожара не обнаруживается, все выглядит безупречно. Как известно, в любой ситуации есть свои преимущества. В ходе восстановления в перекрытиях были найдены теннисные мячи, принадлежавшие Генриху VIII.
На территории замка расположена церковь, где покоятся многие из последних британских монархов. Возле нее находится часовня, возведенная в память о принце Альберте, супруге королевы Виктории. Альберт скончался в расцвете лет от брюшного тифа, выпив местной воды. Системы водоснабжения и канализации в середине прошлого века (даже в королевской резиденции) не были достаточно безопасными. Только можно вообразить, какую боль принесла эта утрата легендарной Виктории, которая впоследствии сорок лет оплакивала его. Внутренняя отделка часовни поражает воображение. Я не встречал ничего подобного. Все стены полностью покрыты искусно выполненными инкрустациями из цветных камней. Так рано потерявшая мужа правительница того времени пыталась утолить душевную боль.
На обед мы решили посетить греческую таверну. Нас обслуживал общительный грек среднего возраста, который сразу же узнал в нас соотечественников. Секрет прост – у него жена из России. Она каждый день пытается уберечь своего сына от забывания родного языка. Семья перебралась в Англию из Голландии, однако ресторанным бизнесом он не занимается. Он временно следит за таверной по просьбе друга, находящегося в отъезде по делам. По его словам, рестораны в туристических районах приносят значительный доход, поскольку продукты там перепродаются с высокой наценкой. Выслушав наши жалобы на качество местной кухни, он с пониманием кивал головой, помог выбрать наиболее подходящий вариант из меню, учитывая соотношение цены и качества, и угостил Машу бесплатным соком. Необходимо отметить, что еда действительно оказалась очень вкусной. Вероятно, это связано с тем, что кухня пользуется особым вниманием временного управляющего, проявляющего радушие к российским гостям.
Жуя салат из помидоров с сыром, наш собеседник с готовностью рассказывал мельчайшие подробности своей семейной жизни. Основной доход он получает от продажи редких марок коллекционерам. Он покупает их в Восточной Европе, доставляет сюда или в Голландию, размещает объявления в газете и отвечает на телефонные звонки. По его словам, эти марки покупают с большим интересом. Этот бизнес обеспечивает семью. Оставаться в Англии надолго он не хочет. Здесь слишком много правил и ограничений. Они перебрались сюда, чтобы быстро заработать и уехать. Привлеченный нашей беседой, к столику подходит один из официантов – симпатичный парень из Белграда. Русские посещают это заведение крайне редко. Начинается привычное проявление «славянской солидарности» – он с усилием вспоминает несколько русских слов и, перемежая их сербскими, начинает разговор на политические темы. О чем еще могли говорить славяне? Разумеется, о Милошевиче и пьющем Ельцине. Хотя последний давно уже не играет никакой роли, о нем все еще помнят. Действующий российский президент, в отличие от своих предшественников, не упоминался в связи с отсутствием каких-либо заметных пороков. Создается впечатление, что иностранцы до сих пор не сформировали четкого мнения о нем.
Постоянный моросящий дождь сопровождает нас в путешествии по Британии, когда мы переходим по узкому мостику в соседнюю деревушку. Стаи наглых лебедей, выпрашивая пищу, передвигаются вдоль реки Темзы. Это Итон – деревушка, известная своим всемирно прославленным колледжем, который в прошлом считался местом формирования будущих лидеров британской политики и экономики. Мы не знаем точного пути к этому учебному заведению, но уже через полчаса оказываемся у его ворот.
Неверие. Могло ли одно из самых авторитетных учебных заведений для мальчиков в возрасте от десяти до восемнадцати лет располагаться за этой ветхой, не покрашенной деревянной дверью с лаконичной табличкой «Eton College?
Поступить сюда можно только в результате тщательного конкурсного отбора, исключений не предусмотрено, даже для детей самых влиятельных семей, включая королевскую. Бесплатное обучение предоставляется исключительно выдающимся ученикам из неблагополучных семей. Британии необходимы собственные Ломоносовы. Действует строгий режим, принятый в подобных учебных заведениях, и запрещены наркотики и алкоголь.
Нам досадно, что мы немного опоздали. Сегодня посетителей больше не допускают. Мы не сможем увидеть учебные классы, где вызывают к доске и выставляют низкие оценки Уильяму и Гарри, которые являются учениками этого учреждения. Неприветливый охранник, увидев нахальных туристов, пересекших на несколько шагов «пограничную» линию, чтобы сделать снимок внутреннего дворика, хмуро нахмурил брови и красноречиво указал на допущенное нарушение. Мы послушно отходим.
По дороге назад мы обратились к группе мальчиков с вопросами, привлеченные их необычной внешностью – у них были черепа округлой формы, что, по всей видимости, являлось характерной чертой их породы. Нас заинтриговала их несколько забавная одежда: серые полосатые брюки, белая рубашка и черный пиджак с длинными фалдами. Ирина делает предположение, что это одежда для хорового распевания псалмов в храме. А вот и нет! Я оказываюсь прав, это повседневная форма воспитанников Итона. Однако мальчишки в любой стране остаются мальчишками. Все эти аристократические фалды и лацканы изрядно заляпаны и помяты.
Музеи
Лондон, несомненно, является городом музеев. По приезде сюда, большинство туристов сразу направляются в Британский музей и в галерею мадам Тюссо, известную своими восковыми фигурами знаменитостей. Мы же решили выбрать менее популярный маршрут и сосредоточились на местах, расположенных вдали от основных достопримечательностей. Хотя полностью избежать посещения общепризнанных мест не удалось. Туристам доступна карта London Pass. Ее стоимость зависит от срока действия. У нас она была рассчитана на три дня. Принцип ее работы заключается в том, что, оплатив заранее посещение 5-6 достопримечательностей, вы получаете возможность бесплатно посещать все остальные, если у вас хватит времени и сил.
Музей ужасов «London Dungeon» (Лондонская тюрьма) больше похож на театр. Здесь, от запахов до приглушенного освещения и служащих в костюмах, все создает ощущение нержного напряжения. Миловидные девушки, одетые в одеяния эпохи средневековья, с большим энтузиазмом демонстрируют орудия пыток, среди которых внимание мужчин (и вызывающие мурашки по коже) привлекает приспособление для кастрирования, похожее на крупный садовый секатор. Несмотря на настойчивые призывы подвергнуться этой несложной процедуре, желающих среди присутствующих не находится. Блуждая по мастерски воспроизведенным с помощью огромных декораций улицам средневекового Лондона, по мере развития событий начинают угасать чувства и восприятие окружающего мира. Значительную роль в этом играют и многочисленные неожиданности: внезапные крики, удушливый запах отходов жизнедеятельности человека, падающие с потолка повешенные люди и черепа со светящимися глазами, вылетающие из окон. И повсюду крысы, крысы, крысы.
В одной из комнат воссоздана сцена казни супруги Генриха VIII, Анны Болейн. Ее лишили жизни быстрым и незатейливым способом – отрубили голову. Восковая фигура изображена в натуральную величину. Последняя молитва. И внезапно в полумраке ее лицо словно оживает. Это производит жутковатое впечатление. Она открывает глаза, ее губы шевелятся, но разобрать слова практически невозможно. Затем становится заметен луч проектора, освещающий восковую голову. Что за технология!
Перемещение по музею-театру – это путешествие сквозь время. Мы оказываемся в Лондоне конца XIX века. В этом районе города, где расположен музей, орудовал известный серийный убийца Джек Потрошитель. Очевидно, что создание этой части экспозиции потребовало от организаторов значительных усилий и вдохновения: с каким вниманием рядом с восковой фигурой размещены внутренние органы, как подробно голос за кадром описывает мельчайшие подробности преступлений! Мрачная, затхлая, слабо освещенная улица. Главное, чтобы посетитель неожиданно обнаружил труп, чтобы заметил его в последний момент. Словно это ты, кто первым должен сообщить о новой жертве жестокого маньяка. В конце почти часового представления нервы напряжены до предела. Отчаянно хочется на свежий воздух. За нами – воображаемый великий лондонский пожар с душераздирающими криками людей, гибнущих в огне, и расстрел господ, спокойно отдыхающих в лодочке, группой солдат в париках эпохи Просвещения: при этом лодка скатывается с горки, и ты на несколько секунд летишь в темноту спиной вниз.
Вечером возникает желание прогуляться по городу. Доставая зонтик и снова складывая его в среднем раз в час, отправляемся на поиски дома с привидениями. Мы проезжали мимо него на двухэтажном экскурсионном автобусе и решили внимательно рассмотреть его. Официант одного из расположенных неподалеку отелей указывает на четырехэтажное здание в черно-серых тонах с лавкой букиниста. Яма с окном подвального помещения обрамлена черной решеткой с острыми пиками. Именно на этих пиках однажды утром было обнаружено тело молодой девушки. Что могло заставить ее сорваться из окна? Говорят, по ночам там происходят необъяснимые вещи. Храбрый армейский офицер, вооруженный револьвером, на спор провел там ночь. Результат оказался схожим: простреленный череп. Почему военнослужащий выстрелил себе в голову, признав себя побежденным? Дом справедливо имеет дурную славу. Привидения ведут себя далеко не мирно. Но ведь кто-то живет в нем! Все окна выглядят вполне обитаемыми. И магазин на первом этаже. Мы несколько озадачены и именно здесь, у этого мистического дома, совершаем невероятно благородный поступок, тянущий на определение вполне тимуровского. На наших глазах проходящий мимо одинокий японский турист роняет красивое кожаное портмоне, доставая что-то из кармана, он, как ни в чем не бывало, продолжает двигаться в выбранном направлении. Без колебаний поднимаем портмоне и догоняем рассеянного владельца. Благодарность звучит на неидеальном английском. Японец удивлён собственной забывчивостью. Сегодня мы можем отнести этот поступок к своим добрым делам. С чувством выполненного долга направляемся к Трафальгарской площади.
Какой здравомыслящий россиянин откажется от посещения квартиры Шерлока Холмса, знакового места в Лондоне? На деле это, скорее, российская достопримечательность. О Музее Холмса можно найти сведения лишь в самых подробных справочниках и путеводителях, а о его невысокой популярности, как среди жителей Лондона, так и среди туристов из других стран, свидетельствует, в частности, тот факт, что у выхода из станции метро «Бейкер Стрит» стоит промоутер, одетый как Холмс, с характерной трубкой, и раздающий визитки с адресом, который мы знаем с детства – дом 221B.
Восхождение по лестнице, где одна из ступеней скрипит, а другую заменили в прошлом году, вызывает некоторое разочарование, ведь это знаменитые тесты для доктора Ватсона на внимательность. Здесь все не соответствует ожиданиям – обстановка значительно отличается от той, что знакома нам по известнейшей экранизации. Да, здесь все воссоздано в подлинном викторианском стиле, собрано и оформлено с любовью. Все до мельчайших деталей можно ощутить – и его трубки, и книги, и колбы для химических опытов. Можно усесться в кресло, надеть характерную холмсовскую клетчатую кепи и ватсоновский котелок. Но это все чужое, до родных с детства интерьеров этим искусственным ужасно далеко. Комнатки маленькие, дом в четыре этажа. Можно облазить все, вплоть до туалета Холмса с чудным фарфоровым унитазом, расположенным на самом чердаке. Восковые фигуры — сцены из рассказов о сыщике, трость с головой собаки Баскервилей, колчан, наполненный отравленными стрелами с Андаманских островов из «Знака четырех», и стенд на стене, куда посетители могут приколоть свою визитную карточку. Визитки весьма колоритные: в основной массе русские и украинцы (типа «голова коммерческого отдIла» и т.п.).
Наибольшим вопиющим несоответствием является изображение милейшей миссис Хадсон. Вместо невозмутимой старушки в чепце посетителей встречает привлекательная девушка с пышными формами. Какая же это миссис Хадсон! Она выполняет функцию смотрительницы, объясняя, что огонь в камине настоящий, хотя в нем давно уже не используют уголь, а применяют газ.
Город
Лондон не поддается полному изучению. Город слишком огромен и обширен. Мы, вероятно, получили лишь самое общее представление. Попытки разобраться в деталях отнимают много времени. Через несколько дней возникает ощущение, что ты уже все здесь знаешь, но чуть отклонившись от намеченного пути, понимаешь, что еще ничего не видел. Похоже, сюда можно возвращаться снова и снова, чтобы открывать для себя что-то новое. Лондонские названия звучат мелодично: Пикадилли Серкус, Риджент Стрит, Трафальгарская площадь, Оксфорд Стрит, набережные Темзы, парк Сент-Джеймс, Кенсингтон Гарденс, Гайд-парк.
Наши поиски не прошли впустую, в основном мы старались составить маршрут и изучали справочники. Но случались и совершенно неожиданные моменты, спонтанные решения и приятные сюрпризы.
Среди множества дорогих магазинов аукцион Сотбис возник совершенно неожиданно. Обнаружение этой известной вывески доставило огромное удовольствие. А вот не зайти внутрь было бы настоящим упущением. Все оказалось вполне доступным: в многочисленных залах можно было найти каталоги и сами предметы, предлагаемые на торги – гравюры, книги, карты, картины. По счастливой случайности удалось посетить зал, где проходил аукцион старинных персидских ковров. Покупатели, преимущественно с арабской внешностью, активно торговались за каждый лот. Ковры, чье крупное изображение проецировалось на экран, продавались за несколько тысяч фунтов. Доброжелательная сотрудница одного из залов с удовольствием отвечала на наши вопросы и показала нарисованный вручную огромный план Лондона, стоимость которого оценивается в миллион фунтов.
Я был поражен тем, что эти чрезвычайно дорогие предметы может осматривать и трогать любой прохожий. Если у вас есть ценные вещи, вы можете принести их в Сотбис для оценки и последующей продажи на специализированных аукционах. Эта известная компания работает по принципу комиссионного магазина. У нас не оказалось ничего, что могло бы заинтересовать уважаемых посетителей Сотбис, а участие в торгах было нецелесообразно: куда же девать громоздкий ковер – неужели придется нести его в метро? Мы ограничились лишь наблюдением. Мы хорошо погуляли по дневной и ночной части города, иногда в поисках турагентства, где продают карты London Pass, попутно рассматривая происходящее на фоне возвращения с гостевого матча футбольных болельщиков на вокзале Виктория, где я снимал изумительные викторианские кованые кружева опор, поддерживающих крышу, то пробираясь по закоулкам к Apple House — дому, с крыши которого Битлз впервые исполнили «Let It Be». Остался в памяти магазин для снобов «Фортнум энд Мейсон» — поставщик королевского двора с безумными ценами: малопонятные продукты питания (вроде жира для намазывания на бутерброды!) исключительно в собственной упаковке, а также крупнейший в Европе книжный магазин около Пикадилли-Серкус (вот откуда уходить не хотелось! Благо закрывается в 11 вечера!).
Прощай, Лондон, город с чётко выраженным делением на районы и дикими парковыми белками (одна из них в Грин-парке смело залезла по джинсам Ирки!). Границы между районами здесь очень заметны. Перейдя улицу, оказываешься в совершенно иной части города: театры и представления Вест-Энда (вечером мы видели, как на дискотеку направлялись девушки в стиле Спайс Герлз в тюлевых платьях, украшенных раскатанными презервативами), шумный Сохо (красные фонари), деловой Сити и «королевский» район с парками и Букингемским дворцом в качестве главной достопримечательности, а также районы с элитным жильем, дорогими магазинами и прочее.
Мы уезжали после Первомая. Здесь пролетарский праздник отмечают весьма своеобразно. Владельцы магазинов энергично закрывали витрины большими листами фанеры. Город ожидал демонстраций и возможных столкновений полиции с молодыми социалистами, протестующими против социальной несправедливости и имущественного неравенства, царящего в условиях неконтролируемого капитализма. Как приятно должно быть засадить камнем в витрину и отвести душу. Да здравствует солидарность трудящихся всех стран, которые непременно соединятся! Рано или поздно.
