К сожалению, все мои масштабные замыслы потерпели крах. Заболевание желудочно-кишечного тракта затронуло и мою дочь, и меня самого, что особенно неприятно, я стал источником заражения для нее, а не наоборот. Благодарю коллег и выражаю особую признательность тому, кто решил разместить десятерых сотрудников в крохотном уголке.

К сожалению, все мои масштабные замыслы потерпели крах. Эпидемия кишечного гриппа затронула и мою дочь, и меня, что особенно неприятно, я стал источником заражения для нее. Выражаю признательность коллегам и особую благодарность тому, кто решил разместить десять человек в тесной комнате.

Как выяснилось (я присоединилась к команде относительно недавно и поэтому была об этом не осведомлена), руководство компании имеет склонность к перестановкам. Это означает, что высшие руководители сохраняют свои позиции, а вот сотрудникам более низкого уровня необходимо переходить на другие должности каждые полгода.

Раньше мои соседи по столу были четырьмя не очень разговорчивыми женщинами, поглощенными работой. Теперь же меня окружают ровесницы. Казалось бы, это должно вызывать радость, однако уже через десять минут общения с теми, кого я раньше лишь приветствовала, стало очевидно, что нам не суждено подружиться.

Эти женщины давно и надежно состоят в браке, и примечательно, что они почти не говорят ни о чем, кроме своих мужей и детей. Отсутствие обручального кольца позволило коллегам понять, что я не являюсь частью их группы, и они стали держаться на расстоянии. Я не стала настаивать на более близком общении, поскольку все равно через полгода нас снова рассадят (если я до этого доживу).

Существует три причины для беспокойства о здоровье, как физическом, так и психическом. Во-первых, переезд в новый кабинет лишил меня возможности общаться с Женей. Раньше он мог заходить на чай несколько раз в день, но теперь мой новый кабинет, как я его называю, недоступен для друга. Похоже, его смущают подколки со стороны женщин, претендующих на звание образцовых жен и матерей, уровень интеллекта которых не позволяет им принять меня такой, какая я есть (о симпатии Евгения к мужчинам, кажется, уже знает каждый сотрудник).

Во-вторых, из-за находящихся рядом коллег я прекратила обсуждение личных вопросов по телефону — мне не хотелось стать объектом сплетен. Одного героя для «светской хроники» нам и так более чем достаточно.

Но самое неприятное заключается в том, что эти мамы запрещают открывать окна или двери, поэтому мы находимся практически как в подземном убежище. Дело в том, что одна из моих коллег беременна, и нежелательно, чтобы ее состояние стало достоянием общественности.

В целом, это вполне логичное решение, если не учитывать, что именно она предпочла занять место у окна, а на мое предложение сменить позицию не согласилась. «Зрение у меня ухудшается, а здесь светлее», – объяснила она.

Остальные, очевидно, привыкли проводить значительную часть дня в небольшом помещении с недостаточным количеством воздуха. На просьбы о проветривании они отвечали положительно лишь однажды, причем с таким выражением, будто я отнимаю у них ценное время, в то время как их работа приостановлена.

На следующий день после переезда одна из женщин, которую мы можем назвать Анастасией, невозмутимо сообщила: «Вчера навещала друзей, которые до сих пор не оправились от инфекционного заболевания желудка. Непонятно, подхватим я его или нет?» Приличные жены и матери восприняли это с улыбкой…

При каждом чихе Насти я старалась отвернуться и держать дистанцию, но допустила неловкость. Во время обеденного перерыва я нечаянно поменяла местами наши столовые приборы — они очень похожи, к тому же хранятся на одной полке в шкафчике. В итоге теперь даже кашлять приходится в туалете…

Почти неделю мне приходилось говорить «нет» ученикам (это был бы неплохой способ заработать), а посещение продуктового магазина напоминает опасную игру (удастся ли что-то купить?). Я предпочла бы вообще не выходить из дома, однако у Маше требуются свежие продукты питания, карандаши и другие необходимые вещи.

Наиболее любопытный факт заключается в том, что, насколько мне известно, никто больше на работе не заболел. Однако это временно – мой лист нетрудоспособности скоро истечет. Тогда мы увидим, как быстро вы, уважаемые коллеги, решитесь выйти наружу).

Предыдущий пост