Отец опубликовал объявление в сети: «В связи с незаконным лишением ребенка общения с отцом, прошу оказать содействие для доступа во двор жилого дома по адресу Новочеремушкинская улица, дом 71/32. Электронная почта: al@df.ru». Надежные люди обязательно найдутся, и двери этого дома будут открыты для отца. Цель данного сообщения – донести правдивую информацию до общественности, включая жителей указанного дома, что может ускорить открытие дверей и способствовать воссоединению дочери с отцом. Детство быстротечно. К сожалению, для девочки оно уже омрачено; невозможно полностью стереть эти события из памяти ребенка или компенсировать упущенное …

Когда-то жили отец, мать и маленькая дочь. Они создавали видимость дружной семьи в глазах окружающих. Отец уделял дочери немного больше внимания. Он адаптировал свой распорядок дня и выбрал работу (порой жертвуя карьерными возможностями), чтобы иметь возможность проводить с ней время – посещать детский сад, музыкальную школу, бассейн, спортивный клуб, музеи, театр, кинотеатр, аттракционы, море:). При этом он обеспечивал финансовую стабильность семьи и позволял матери заниматься любимым делом, которое не приносило существенного дохода и отнимало много времени. Отец считал это справедливым распределением обязанностей – каждый занимается тем, что ему больше нравится. Дочь привыкла чаще видеть отца и проводить с ним время с самого рождения. Уход за ней, кормление, купание, смена подгузников, простуды — все эти заботы ложились на плечи отца, помимо образования, развлечений и материального обеспечения (отец – профессиональный педиатр; ранее занимал должность руководителя медцентра и научного сотрудника НИИ; в настоящее время является главным редактором популярного медицинского сайта). Создавалось впечатление, что мать тоже довольна таким положением дел: она могла работать на свое усмотрение и находить время для общения с ребенком.

Начались расхождения во мнениях: мать стала проявлять ревность к отцу, высказывая опасения, что посещения музеев стали слишком частыми – ребенок испытывает переутомление. Она также говорила о неудобствах поездок на море, ссылаясь на то, что это негативно сказывается на ее работе, или на угрозу безопасности, поскольку террористические акты могут произойти. Вдобавок, она утверждала, что ребенку лучше проводить все дни на даче с бабушкой, так как длительное общение с отцом может быть неблагоприятным, а у нее самой не остается времени ни на что, кроме работы. Независимо от того, как отец с дочкой приглашали мать присоединиться к ним, им не удавалось изменить ее упрямую позицию.

Эта позиция оказалась настолько твердой, что мать решила полностью лишить дочь отца. Она воспользовалась моментом – девочка заболела ангиной с высокой температурой (около сорока градусов), получила рекомендации врачей о постельном режиме и увезла ребенка в неизвестном направлении. Отцу пришлось обратиться за помощью в правоохранительные органы.

Пришло время представить нового персонажа – деда девочки, топ-менеджера Газпрома: господина, которого мы будем называть буквой С. Когда-то он был обычным человеком, отцом, тестем и дедом, хотя иногда злоупотреблял алкоголем… Но после трудоустройства в Газпром он накопил значительные средства и власть и решил, что ему все позволено, включая лишение детей родителей. Он начал с родственников, скрыв собственную внучку от ее отца. Сначала это происходило в Подмосковье – то ли в пансионате, то ли в оздоровительном центре, по словам матери, а затем девочка была переведена в более труднодоступное место – к нему домой. У сотрудников Газпрома непростые дома – с пропускной системой и охраной; даже участковому необходимо подавать заявку в Газпром для посещения подъезда. Все предусмотрено для защиты от нападений и укрытия заложников.

Месяц отец искал дочь и, наконец, обнаружил ее в квартире С. Он часами
караулил под окнами, чтобы по изменениям в освещенности определить, находится ли
дочь там; он преследовал водителя тестя по Москве, чтобы передать дочери мультфильм и клубнику
(он уговорил его, передал ли? — ну и на здоровье водителю); он ждал маму у работы — чтобы передать ей задание по сольфеджио. Безусловно, такое
благородное дело, как сокрытие ребенка от отца, предполагает определенные
потери (для ребенка же) — посещение девочкой детского сада, спортклуба и
музыкальной школы было прекращено. О музеях и театрах, конечно, говорить
не приходится. Однако нельзя утверждать, что ребенок испытывает чрезмерные
нагрузки. Человеку, находящемуся в заточении в стенах, ограниченных четырьмя сторонами (более просторных из-за сложной планировки и больших размеров), сложно
испытать усталость от новых впечатлений.

Отец стремился увидеть дочь, звонил ей, уговаривал и просил разрешить разговор по телефону – но получал отказ.

В конечном итоге, после того как отец подал на мать в суд, ему удалось через общих знакомых добиться встречи с дочерью. Встреча состоялась у бассейна. Три часа они не отводили друг от друга глаз, после чего мать увела дочь, чтобы она переоделась, а отец стал ждать неподалеку от выхода, чтобы поехать с ними обедать, как и было согласовано. Он полагал, что согласие матери на эту встречу является подтверждением ее добрых намерений, и находил нелогичным и жестоким, прежде всего по отношению к дочери, а, следовательно, маловероятным повторное ее сокрытие. Предательство (поскольку до дня отъезда мать поддерживала видимость благополучной семьи и даже, вопреки своим обычаям, посетила с отцом и дочерью музей; поскольку был запланирован совместный отпуск, и жизнь шла своим чередом), нелогичность (нежелание хотя бы подождать, пока дочь поправится) и жестокость (внезапное лишение девочки привычного уклада жизни – отца, своей комнаты, игрушек, друзей, детского сада, театров, музеев и прочего), проявленные за месяц, не смогли поколебать его убежденность в том, что матери всегда желают своим детям добра.

События развернулись следующим образом: бабушка вынесла ребенка на руках, отводя его лицо от отца и быстро направляясь к выходу. Отец позвал дочь, она услышала его и закричала: «Хочу папу!». На пути к отцу бросился тесть, что чуть не привело к конфликту. Кричащего, плачущего ребенка, желающего оказаться у отца, бабушка торопливо помещала в автомобиль, пока матери и тестy преграждали дорогу отцу. Несмотря на разницу в физической силе, пятилетней девочке удалось преодолеть все препятствия и попасть в объятия к папе, так как он не мог допустить применения силы во избежание новых неприятностей.

Папа и дочь снова были вместе. Мама, теща и тесть смогли превратить это событие, которое для обычных семей является привычным, в эмоционально напряженную сцену. После месяца вынужденной разлуки дочка не отходила от отца ни на шаг, непрерывно разговаривала, отказывалась засыпать и постоянно держала его за руку, опасаясь, что он снова «исчезнет» (так она для себя объяснила его отсутствие). Нехватку посещений театра восполнили в полной мере.

Они использовали каждую минуту, и, как выяснилось, поступали верно. Это было не воссоединение семьи, а всего лишь встреча. Никто не планировал освобождать заключённую.

Почти четыре дня дочь и отец провели вместе. Они посетили занятия английского языка, детский сад, договорились о возвращении ребенка (который по решению матери пропустил более месяца). Девочка рассказывала о том, где она была, чем занималась, примеряла новую одежду, купленную отцом, играла в новые игрушки, поскольку мать отказалась привезти дочери привычные вещи: одежду, любимые игрушки и даже зубную щетку. Отец не скрывал дочь, постоянно приглашал маму, тестя и тещу на обеды и игры. Он запомнил взгляд девочки, когда она увидела его, и хотел избежать повторения подобной ситуации. Он старался создать обстановку максимально приближенную к привычной для дочери – все ее близкие люди рядом. Она так сильно хотела и просила отца забыть этот месяц.

Устоявшиеся представления преодолеть непросто. Даже после всего случившегося отец продолжал верить в мать. Он убедил дочь посетить маму за обедом, рассчитывая, что этот жест его доброй воли спровоцирует ответную реакцию. Девочка не горела желанием. И вскоре последовало действие. Отцу отказали у дверей, пообещав вернуть ребенка вечером… и начался новый акт. Заключенного вернули в своеобразное «изоляторское помещение» и вновь лишили возможности общаться с отцом, получать образование и развиваться культурно.

Вторая серия повторила первую. Единственное разнообразие внесло одно событие, вновь показавшее материнскую любовь. Через три дня у дочери был день рождения, на который отца не пригласили. Подарки отцу пришлось передавать через общих знакомых. Дата торжества была изменена. Планируемое трехмесячное празднование в цирке со всеми друзьями девочки и их родителями, куда уже были разосланы приглашения и приобретены билеты, было отменено. Еще несколько детей остались без ожидаемого торжества. Не стоит придавать этому большое значение, это обычная жизненная ситуация. Ведь действительно, сколько впечатлений может вместиться. Главное – не перегружать ребенка.

Общие друзья оказались втянуты в происходящее. Мать поведала им о том, что отец страдает психическим расстройством и она покинула дом, чтобы защитить себя и дочь от его насилия. В данном случае ее неспособность к логическому мышлению, ранее продемонстрированная, оказалась полезной для отца, интеллигентного доктора, поскольку общие знакомые все же способны оценить ситуацию, а поверить в подобную выдумку просто невозможно.

Уже почти два месяца дочь и отец разделены, используя здание, принадлежащее Газпрому, и охрану этой организации.

Совершённые поступки противоречат ряду статей Уголовного кодекса Российской Федерации, статье конституции РФ №38 ч.2
и не могут быть обоснованы ничем в соответствии с действующим законодательством страны.

Отец опубликовал сообщение в сети: «В связи с противозаконным лишением
ребёнка возможности общаться с отцом, прошу оказать содействие для доступа во двор дома,
расположенного по адресу Новочеремушкинская улица, дом 71/32, электронная почта:
«, al@df.ru» В конечном итоге люди, руководствующиеся здравым смыслом, обязательно
появятся, и двери этого дома будут открыты для отца. Задача данного сообщения – довести
объективную информацию до сведения людей, включая жителей указанного дома,
что позволит ускорить открытие дверей и добиться долгожданного
воссоединения дочери с отцом. Детство быстротечно. К сожалению, для девочки оно уже
запятнано; невозможно полностью стереть эти события из памяти ребёнка, нельзя
в полной мере компенсировать перерыв в образовании, нельзя заставить забыть слёзы и
страх потери отца, нельзя вернуть полное доверие к матери. Но можно прекратить
продолжение конфликта и обеспечить возвращение девочки к более-менее привычному укладу жизни. И это
необходимо сделать.

Не только забота о ребенке диктует спешку. Ситуация дошла до открытых угроз от господина, чья личность скрывается за инициалами С. Эти угрозы однажды воплотились в виде четырех человек, которые устроили засаду отцу у подъезда и доходчиво объяснили ему возможный сценарий развития событий (точнее, его завершения), если он не прекратит беспокоить родственников своими действиями. Таким образом, происходящая драма перерастает в детектив. Продолжение следует…

В случае, если Вам под силу содействовать воссоединению отца и дочери – пожалуйста, свяжитесь с нами. aist1@df.ru